Карта сайта

Это автоматически сохраненная страница от 04.03.2014. Оригинал был здесь: http://2ch.hk/b/res/63659210.html
Сайт a2ch.ru не связан с авторами и содержимым страницы
жалоба / abuse: admin@a2ch.ru

Втр 04 Мар 2014 16:54:51
Official Rozen Maiden thread #2
Official Rozen Maiden thread #2 Продолжаем постить кукол и общаться на любые темы в атмосфере домашнего уюта.



Втр 04 Мар 2014 16:55:39
3KGV3-FLH2K-74X5M-XLDQ9-LNZJJ-7H9Q8

Втр 04 Мар 2014 16:55:51

Втр 04 Мар 2014 16:55:51
400 постов:3



Втр 04 Мар 2014 16:56:26



Втр 04 Мар 2014 16:56:37
>>63659252
Бля, кейген вместо копипасты.

Втр 04 Мар 2014 16:56:53



Втр 04 Мар 2014 16:57:09
ПОТС ЗОХВАЧЕН111 СМОТРИ БАЛЕТ СУКА!1111 ГЛАНДЭ11111адин!!! СЛАВА ЛЕОНИДЕ!111 ЖАЖА11! СМОТРИ БАЛЕТ СУКА!1111 ОЯЕБУ!!!!!!11!!адинадин ЧАКЕ СТРАШНЕ ГНЕВЕ!111адин11 ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ОТАКе ВОЕНЕ!111 СМОТРИ БАЛЕТ СУКА!1111 ВОЕНЕ УПЧК СТРАШНЕ ОТАКЕ ДДоСЕ!111 С.Р.У11!!111 ЪЖЧЛО!адин11111!!!!! ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ГЛАНДЭ ОЯЕБУ ПОПЯЧТС!1111аДИН А ТЫ ЗНАЕШЬ В ЧЁМ СОЛЬ, %USERNAME%?!1711 ОТАКе ВОЕНЕ!111 ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ПОТС ЗОХВАЧЕН111 ОНОТОЛЕЙ!!!11 ЖАЖА11! ПЫЩЩЩЩЩЩ!!111аДИН ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 С.Р.У11!!111 ЛуЧИ ПОНОСА!!!1111111 СЛАВА ЧАКЕ!!111 ЛуЧИ ПОНОСА!!!1111111 ПОПЯЧТС!11!!!1 СЛАВА ОНОТОЛЕ!111 СЛАВА ЛЕОНИДЕ!111 ЪЕЧЧОЖА!!!!11 ОЯЕБУ!!!!!!11!!адинадин ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 МЖВЯЧНИ ПРДУНЬ–ПРДУНЬ1111 ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 СВОБОДА РАВЕНСТВО УПЯЧКА!11111!1С.Р.У111111111!!! ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ТЫ ПРОБОВАЛ ЛИЗАТЬ ОКТАЭДР??777!1 СМОТРИ БАЛЕТ СУКА!1111 ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 СВОБОДА РАВЕНСТВО УПЯЧКА!11111!1С.Р.У111111111!!! ВОЕНЕ УПЧК СТРАШНЕ ОТАКЕ ДДоСЕ!111 ОНОТОЛЕ ПРОКЛИНАЕ УГ!!111 ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 ОНОТОЛЕ ПРОКЛИНАЕ УГ!!111 ОНОТОЛЕ КАКБЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕ ДОБЛЕСТНЕ ВОЕНЕ УПЧК!!111адинадин ПыЩЩЩЩЩЩ!!!!!!1111 ПЫЩЩЩЩЩЩ!!111 ПыЩЩЩЩЩЩЩЩЩ!!!!!!1111111СТОАДИНАЦАТЬ Медведев — шмель11111111 ЖЖЖЖЖ1111111!111 ПОПЯЧТС!11!!!1 УГ НА ГЛАГНЕ!!111 ЖЕПЬ ЕБРИЛО!!11111111адинадин ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ОНОТОЛЕЙ!!!11 А ТЫ ЗНАЕШЬ В ЧЁМ СОЛЬ, %USERNAME%?!1711 ОНОТОЛЕ НЕГОДУЕ!111 СЛАВА ЧАКЕ!!111 ЛуЧИ ПОНОСА!!!1111111 ХУРЬ!!!1 ЖЫВТОНЕЧОЧОУПЯЧКА1111111 ЧАКЕ СТРАШНЕ ГНЕВЕ!111адин11 ГЛАНДЭ11111адин!!! ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 СВОБОДА РАВЕНСТВО УПЯЧКА!11111!1С.Р.У111111111!!! ВОЕНЕ УПЧК СТРАШНЕ ОТАКЕ ДДоСЕ!111 УПЯЧКА СЛЕДИТ ЗА ТОБОЙадин1!111111!!! ЧАКЕ СТРАШНЕ ГНЕВЕ!111адин11 ОНОТОЛЕЙ!!!11 ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ПЫЩЩЩЩЩЩ!!111аДИН ЧАКЕ СТРАШНЕ ГНЕВЕ!111адин11 СЛАВА ЧАКЕ!!111 ПОПЯЧТС!11!!!1 ОНОТОЛЕЙ!!!11 С.Р.У11!!111 ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ЖАЖА11! С.Р.У11!!111 УГ НА ГЛАГНЕ!!111 СВОБОДА РАВЕНСТВО УПЯЧКА!11111!1С.Р.У111111111!!! ОНОТОЛЕ КАгБЕ СЛЕДИТ!1111 СВОБОДА РАВЕНСТВО УПЯЧКА!11111!1С.Р.У111111111!!! ОНОТОЛЕ КАКБЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕ ДОБЛЕСТНЕ ВОЕНЕ УПЧК!!111адинадин ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ЖЕПЬ ЕБРИЛО!!11111111адинадин ПОТС ЗОХВАЧЕН111 ЛуЧИ ПОНОСА!!!1111111 ОНОТОЛЕ СЕРЧАЕ!!111адинадин С.Р.У11!!111 ОТАКе ВОЕНЕ!111 ОНОТОЛЕ КАКБЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕ ДОБЛЕСТНЕ ВОЕНЕ УПЧК!!111адинадин СЛАВА ЛЕОНИДЕ!111 ПУТЕН - КРАБ!11 ХУРЬ!!!1 ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 С.Р.У11!!111 СИСЬКЕ!111 С.Р.У11!!111 ЭЕКСТЕЛР ТЫОЙ ЯЕБАНЕЙУ КОТУ111111111 ЕБАНЕМСЯ НА ОТЛИЧНЕНЬКО!!!111 ОТАКе ВОЕНЕ!111 ЖЕПЬ ЕБРИЛО!!11111111адинадин ОНОТОЛЕ КАКБЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕ ДОБЛЕСТНЕ ВОЕНЕ УПЧК!!111адинадин ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - И ДА - МЫ ЕБАНУЛИСЬ!111 ОНОТОЛЕЙ!!!11 УПЯЧКОЧАТ11!!!!адин1 ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ЕБАНИ СТЫД ОНОТОЛЕЙ!!!11 ВОЕНЕ УПЧК СТРАШНЕ ОТАКЕ ДДоСЕ!111 ОНОТОЛЕ НЕГОДУЕ!111 СЛАВА ЧАКЕ!!111 ПыЩЩЩЩЩЩ!!!!!!!!!11 ОН КАГБЕ ГОВОРИ НАМ - ПыЩЩЩЩЩЩ!!!!!!!!!11

Втр 04 Мар 2014 16:57:22



Втр 04 Мар 2014 16:57:44
Моча проснулась. Расходимся.


Втр 04 Мар 2014 16:57:55
дл

Втр 04 Мар 2014 16:57:56
>>63659210
Поняшкам к вам можно?


Втр 04 Мар 2014 16:58:00
>>63659346
autohide: #wipe: uniq words: 18%


Втр 04 Мар 2014 16:58:04




Втр 04 Мар 2014 16:58:25
Репортим тредик

Втр 04 Мар 2014 16:58:43



Втр 04 Мар 2014 16:58:55
>>63659389
Запилите свой тред, например.


Втр 04 Мар 2014 16:59:12
Куклоёбы aka куклофаги — обитающая в /b/ группа толстых троллей, с большим или меньшим рвением притворяющегося поклонниками онемэ Rozen Maiden. Обитала на дваче еще примерно со времен среднего палеолита. Куклоёбов не следует смешивать с настоящими десуфагами, суйгинтофагами и прочими настоящими розенфагами. Последние иногда попадаются в треды куклоёбов, и судьба их становится печальна.
Содержание
[убрать]


Втр 04 Мар 2014 16:59:16



Втр 04 Мар 2014 16:59:31
>>63659416
Неохота, лучше я их бампану.


Втр 04 Мар 2014 16:59:33
В 1425 году великий князь Московский Василий I Дмитриевич, умирая, поручил
сына своего, князя Василья, и свою княгиню, и свои дети своему брату и тестю, великому князю Литовскому Витовту[3]
В 1426 году ордынский престол занял союзник великого князя Литовского Витовта Улу-Мухаммед. В 1431 году в Сарай явились претендент на московский престол Юрий Дмитриевич и представитель Василия Васильевича Иван Всеволожский, и если Юрий использовал в качестве аргументов традицию наследования и завещание Дмитрия Донского, то Иван Всеволожский ссылался на ханские ярлыки самому Василию Васильевичу и его отцу:
Князь Юрий ищет Великого княжения по завещанию отца своего, а князь Василий по твоей милости; ты дал улус свой отцу его Василию Дмитриевичу, тот, основываясь на твоей милости, передал его сыну своему, который уже столько лет княжит и не свергнут тобою, следовательно, княжит по твоей же милости[4]
Улу-Мухаммед утвердил Василия на великом княжении и том же году выдал ярлык на литовско-русские земли занявшему по смерти Витовта престол Свидригайлу Ольгердовичу, при котором противостояние польской и литовско-русской знати на землях великого княжества Литовского вылилось в открытую войну, сопровождавшуюся с обеих сторон грабежом церквей и расправами с духовенством. Будучи свергнут с престола в 1436 году своим племянником, Улу-Мухаммед укрепился на средней Волге, стал казанским ханом, в 1439 году взял Нижний Новгород и предпринял поход на Москву. Василий II поручил оборону столицы воеводе Юрию, а сам уехал за Волгу[4]. Улу-Мухаммед дошёл до Москвы, но не смог её взять, лишь сжёг посады.
Сын Улу-Мухаммеда, царевич Мустафа, также ходил походом на Москву в 1441—1444 годах. Он дошёл до рязанских земель, занял Переяславль-Рязанский, но вскоре был изгнан из города. Когда Василий II отправил против Мустафы войско, оно настигло царевича на берегу реки Листани. В битве Мустафа был убит.
В 1444—1445 годах Улу-Мухаммед с сыновьями Махмудом и Якубом вновь взял Нижний Новгород и двинулся на Муром. Василий Темный выступил против них, заручившись поддержкой Суздаля и Василия Ярославича Серпуховского. 7 июля 1445 года полуторатысячное войско Василия атаковало под Ефимьевым монастырем 3000 татар. В итоге русские потерпели поражение, а Василий II со своим двоюродным братом Михаилом Верейским попали в плен[4]. В подтверждение пленения великого князя татары выслали в Москву его нательный крест. Вскоре Улу-Мухаммед выступил из Нижнего Новгорода в Курмыш на Суре, ближе к Казани. В сентябре 1445 года, заплатив огромный выкуп[5] и согласившись на выделение сыну Улу-Мухаммеда Касиму удела в Мещёрской земле, Василий II вернулся в Москву[4]. В 1446 году Василий II был захвачен в Троице-Сергиевой лавре и ослеплён от имени Дмитрия Юрьевича Шемяки, Ивана Можайского и Бориса Тверского, которые, как пишет историк Н. М. Карамзин, велели ему сказать:
Для чего любишь татар и даешь им русские города на кормление? Для чего серебром и золотом христианским осыпаешь неверных? Для чего изнуряешь народ податями? Для чего ослепил брата нашего, Василия Косого?[6]
В 1439 году под нажимом турок-османов греческие церковные иерархи в надежде на помощь европейских государств пошли на заключение Флорентийской унии, которая не была признана московской митрополией. В 1444 году король Польши и Венгрии Владислав III погиб в битве с турками. В 1453 году под ударами турок пал Константинополь, и в 1458 году была образована независимая от Москвы киевская митрополия.
В 1449 году Василий Тёмный заключил мирный договор с королём польским и великим князем Литовским Казимиром IV, включавший в себя условия взаимного признания границ великих княжеств Литовского и Московского, отказ Казимира от претензий на Новгород и отказ обеих сторон от помощи внутриполитическим противникам другой стороны. Вскоре Василию Тёмному удалось устранить претендента на московский престол Дмитрия Шемяку (1453) и навязать Новгородской республике неравноправный Яжелбицкий мирный договор (1456). В духовной грамоте Василия II (умер в 1462 году) фигурирует фраза, аналогичная фразе из духовной грамоты его отца:
А приказываю свою княгиню, и своего сына Ивана, и Юрья, и свои меншие дети брату своему, королю польскому и великому князю литовскому Казимиру[7]
В 1449, 1451, 1455 годах ордынцы совершили новые набеги. В 1459 году старший сын и наследник Василия Тёмного Иван отбил атаку Сеид-Ахмеда.
Борьба Ивана Великого с Казанским ханством[править | править исходный текст]


Втр 04 Мар 2014 17:00:01

Втр 04 Мар 2014 17:00:12
В 1425 году великий князь Московский Василий I Дмитриевич, умирая, поручил
сына своего, князя Василья, и свою княгиню, и свои дети своему брату и тестю, великому князю Литовскому Витовту[3]
В 1426 году ордынский престол занял союзник великого князя Литовского Витовта Улу-Мухаммед. В 1431 году в Сарай явились претендент на московский престол Юрий Дмитриевич и представитель Василия Васильевича Иван Всеволожский, и если Юрий использовал в качестве аргументов традицию наследования и завещание Дмитрия Донского, то Иван Всеволожский ссылался на ханские ярлыки самому Василию Васильевичу и его отцу:
Князь Юрий ищет Великого княжения по завещанию отца своего, а князь Василий по твоей милости; ты дал улус свой отцу его Василию Дмитриевичу, тот, основываясь на твоей милости, передал его сыну своему, который уже столько лет княжит и не свергнут тобою, следовательно, княжит по твоей же милости[4]
Улу-Мухаммед утвердил Василия на великом княжении и том же году выдал ярлык на литовско-русские земли занявшему по смерти Витовта престол Свидригайлу Ольгердовичу, при котором противостояние польской и литовско-русской знати на землях великого княжества Литовского вылилось в открытую войну, сопровождавшуюся с обеих сторон грабежом церквей и расправами с духовенством. Будучи свергнут с престола в 1436 году своим племянником, Улу-Мухаммед укрепился на средней Волге, стал казанским ханом, в 1439 году взял Нижний Новгород и предпринял поход на Москву. Василий II поручил оборону столицы воеводе Юрию, а сам уехал за Волгу[4]. Улу-Мухаммед дошёл до Москвы, но не смог её взять, лишь сжёг посады.
Сын Улу-Мухаммеда, царевич Мустафа, также ходил походом на Москву в 1441—1444 годах. Он дошёл до рязанских земель, занял Переяславль-Рязанский, но вскоре был изгнан из города. Когда Василий II отправил против Мустафы войско, оно настигло царевича на берегу реки Листани. В битве Мустафа был убит.
В 1444—1445 годах Улу-Мухаммед с сыновьями Махмудом и Якубом вновь взял Нижний Новгород и двинулся на Муром. Василий Темный выступил против них, заручившись поддержкой Суздаля и Василия Ярославича Серпуховского. 7 июля 1445 года полуторатысячное войско Василия атаковало под Ефимьевым монастырем 3000 татар. В итоге русские потерпели поражение, а Василий II со своим двоюродным братом Михаилом Верейским попали в плен[4]. В подтверждение пленения великого князя татары выслали в Москву его нательный крест. Вскоре Улу-Мухаммед выступил из Нижнего Новгорода в Курмыш на Суре, ближе к Казани. В сентябре 1445 года, заплатив огромный выкуп[5] и согласившись на выделение сыну Улу-Мухаммеда Касиму удела в Мещёрской земле, Василий II вернулся в Москву[4]. В 1446 году Василий II был захвачен в Троице-Сергиевой лавре и ослеплён от имени Дмитрия Юрьевича Шемяки, Ивана Можайского и Бориса Тверского, которые, как пишет историк Н. М. Карамзин, велели ему сказать:
Для чего любишь татар и даешь им русские города на кормление? Для чего серебром и золотом христианским осыпаешь неверных? Для чего изнуряешь народ податями? Для чего ослепил брата нашего, Василия Косого?[6]
В 1439 году под нажимом турок-османов греческие церковные иерархи в надежде на помощь европейских государств пошли на заключение Флорентийской унии, которая не была признана московской митрополией. В 1444 году король Польши и Венгрии Владислав III погиб в битве с турками. В 1453 году под ударами турок пал Константинополь, и в 1458 году была образована независимая от Москвы киевская митрополия.
В 1449 году Василий Тёмный заключил мирный договор с королём польским и великим князем Литовским Казимиром IV, включавший в себя условия взаимного признания границ великих княжеств Литовского и Московского, отказ Казимира от претензий на Новгород и отказ обеих сторон от помощи внутриполитическим противникам другой стороны. Вскоре Василию Тёмному удалось устранить претендента на московский престол Дмитрия Шемяку (1453) и навязать Новгородской республике неравноправный Яжелбицкий мирный договор (1456). В духовной грамоте Василия II (умер в 1462 году) фигурирует фраза, аналогичная фразе из духовной грамоты его отца:
А приказываю свою княгиню, и своего сына Ивана, и Юрья, и свои меншие дети брату своему, королю польскому и великому князю литовскому Казимиру[7]
В 1449, 1451, 1455 годах ордынцы совершили новые набеги. В 1459 году старший сын и наследник Василия Тёмного Иван отбил атаку Сеид-Ахмеда.
Борьба Ивана Великого с Казанским ханством[править | править исходный текст]

Втр 04 Мар 2014 17:00:14



Втр 04 Мар 2014 17:00:21
Основные статьи: Русско-казанские войны, Первая Казань
В 1467 году Касим, правитель Касимовского ханства, союзник Москвы, вместе с русскими войсками предпринял поход на Казань против хана Ибрагима. Однако Ибрагим не дал войску Касима переправиться через Волгу, и ему пришлось вернуться.
В апреле 1469 года в Нижнем Новгороде начался сбор очередного отряда для борьбы с Казанским ханством. Уже в мае в город прибыли войска из Коломны, Мурома, Владимира, Суздаля, Дмитрова, Можайска, Углича, Ярославля, Ростова, Костромы. Командовать ими назначен был воевода Константин. Из Москвы отряд под началом князя Петра Оболенского. Другая рать была собрана в Устюге, где находились отряд Великого князя и вологодский отряд князя Андрея Меньшого. Вскоре воеводу Константина Беззубцева сменил Иван Руно, которому великий князь приказал идти на Казань. 21 мая 1469 года русское войско Ивана Руно подошло к Казани, захватило посад, но не выдержало сражения с превосходящими силами татар и отступило. Тем временем вторая рать двигалась севернее на судах по Вятке и Каме. Она подошла к Казани, когда волжские отряды уже отступили. Татары встретили русские суда на месте впадения Камы в Волгу. В результате ожесточенного сражения, с множеством потерь, русским все же удалось пробиться к Волге.
В августе 1469 в новом походе были задействованы суда и конные отряды князя Юрия Васильевича. На этот раз удалось обложить Казань. По мирному договору 1 сентября 1469 года Казанское ханство отпустило всех захваченных пленников.
В 1478 году после похода казанцев на Хлынов русские войска снова выступили на Казань, и новый мирный договор был заключён на тех же условиях, что и в 1469 году.
После смерти хана Ибрагима (1479) Казанское ханство стало испытывать на себе постоянное дипломатическое и военное давление Москвы. Борьба стала происходить в основном внутри ханства между промосковской партией и её противниками восточной ориентации. В 1487 году Иван III принял титул «князя Болгарского»; влияние России на Казанское ханство значительно выросло.
Отношения с Большой Ордой и Крымским ханством[править | править исходный текст]

Втр 04 Мар 2014 17:00:43
>>63659445
Моча бушует и выпиливает нафиг.


Втр 04 Мар 2014 17:00:56



Втр 04 Мар 2014 17:01:17
Умирая, Василий II разделил свои владения между сыновьями. Старшему, Ивану, он дал великое княжение владимирское, которое было неразрывно связано теперь с Москвой; в Москве он дает ему только свою наследственную треть. Другим сыновьям, Юрию, Андрею Большому, Борису и Андрею Меньшому, великий князь также дает уделы, но Иван получил гораздо больше, чем все братья вместе, и у него были все средства держать их в своих руках. Иван III присоединил к своим владениям верейский удел, переданный ему князем, и удел скончавшегося в 1472 году брата своего Юрия; Андрей Меньшой отдал Ивану свой удел, кроме одной волости под Москвой, предназначенной для Андрея Старшего. Хотя великий князь высказывался против уделов и убеждал литовского князя не дробить государства, но сам он, уступая московской традиции, разделил свои владения, причем старшему сыну Василию дал великое княжение, с 66 городами, а другим своим четырём сыновьям — только 30 городов. Право чеканить монету получил великий князь. В завещании Ивана III был окончательно решен вопрос о выморочных уделах: уделы могли переходить только к сыновьям владельца; если же сыновей не было, то удел присоединялся к великому княжению. Владелец мог пожизненно наделить жену свою, но по смерти её надел этот поступал во владение великого князя.
Социальная структура[править | править исходный текст]
При Иване III отношения великого князя к боярскому сословию значительно меняются. Русские книжники в своих писаниях начинают проводить взгляд на московского князя, как на самодержавного государя, а женитьба Ивана III на Софии Палеолог содействовала проникновению в Россию византийских взглядов и традиций. Это выразилось в перемене обхождения с боярами; оно становится высокомерным.


Успенский собор в Москве (1475—1479)
Но у Ивана III все-таки ещё живы были предания, что бояре — советники и что с ними князь должен посоветоваться, прежде чем начать какое-нибудь дело; при преемнике же Ивана, Василии III, самодержавие великого князя проявилось более сильным образом. Великий князь решал дела без совета с боярами, на что, как известно, жаловался Берсень; не любил он также, чтобы ему противоречили. Делается самодержавной власть великого князя и относительно духовенства: ему принадлежит право участия в выборе и низложении митрополита. Сначала вел. князь только рекомендует своих кандидатов, как это сделал, например, Иван II относительно Алексея и Дмитрий Донской относительно Митяя. Дмитрий своей волей то приглашает Киприана на московскую митрополию, то свергает его. Василий Васильевич Темный прямо уже говорит, что выбор митрополита всегда принадлежал его прародителям; но ни в его княженье, ни в княженье Ивана III митрополиты не назначаются ещё просто волей великого князя.
Такой порядок устанавливается только при Василии III. С развитием княжеской власти изменяется и положение в московском государстве высшего сословия, боярского. Из бродячей дружины оно мало-помалу обращается в оседлое сословие крупных землевладельцев и в награду за свою службу получает от князя пожалования землями. Вместе с этим начинает ограничиваться право боярского отъезда к другим князьям: отъехавший боярин терял свои владения.
Главное значение бояр, как помощников князя в управлении и его думцев, с каждым княжением заметно уменьшается, а Василий III может обходиться уже и без их совета. Учреждением, с которым совещался князь, была боярская дума. Заведование текущими делами князь поручал, приказывал отдельным лицам. Отсюда образовались впоследствии (может быть, с Ивана III) приказы; сначала же отдельные отрасли управления носили название путей. Так появились дворский, или дворецкий, конюший, сокольничий, ловчий, несколько позднее стольничий, чашничий, окольничий. С Ивана III организация княжеского двора усложняется и количество придворных должностей увеличивается; вместе с тем служба получает строго иерархический порядок. Во главе этой иерархии стоят члены государевой думы: бояре, окольничьи, думные дворяне и думные дьяки. За ними следует целая серия придворных должностей, назначенных для управления хозяйством великого князя или для его личных услуг: дворецкий, ключник, казначей, оружничий, шатерничий, конюший, ясельничий, ловчий, сокольничий, печатник, кравчий, стольники, чашники, постельничий, спальники, стряпчие, рынды, жильцы.
Бояре, занимавшие различные отрасли управления, получили название путных; высший класс бояр составляли бояре введенные, занимавшие, по воле князя, и высшие должности. Число бояр в Московском княжестве увеличивалось выходцами из разных удельных княжеств и Литвы. Происходили неизбежные столкновения между старыми боярами и вновь прибывшими. Столкновения эти положили начало родовым спорам — местничеству. За свою службу бояре получали вознаграждение в трех видах: кормление, вотчины и поместья. Низший класс военно-служилого сословия, носивший в удельно-вечевой период название отроков, детских и гридей, в Москве начинает называться дворянами и детьми боярскими. Младшим разрядом служилых людей были «вольные слуги» или «люди дворные». Они исполняли мелкие должности таможенников, приставов, доводчиков и так далее.
Был также целый разряд полусвободных «слуг под дворским»: бортники, садовники, конюхи, ловчие, рыболовы, другие промышленники и ремесленники. Из числа этих полусвободных и холопов назначались разные должностные лица княжеского частного хозяйства: тиуны, посольские, ключники, казначеи, дьяки, подьячие. Кроме бояр и служилых людей, в Москве был ещё класс торговый и промышленный. Высший разряд их были гости, а затем менее крупные торговцы — купцы.
Торговый класс делился на сотни гостиные и суконные. Низший разряд горожан — мелкие торговцы и ремесленники — известен под именем чёрных людей, которые были обложены податями в пользу князя и его наместников. К чёрным людям относилось и крестьянство.

Втр 04 Мар 2014 17:01:30
>>63659553
Этот тоже выпилит.


Втр 04 Мар 2014 17:01:43
>>63659553
Превозмогайте:3


Втр 04 Мар 2014 17:02:10



Втр 04 Мар 2014 17:02:22




Втр 04 Мар 2014 17:02:25
Зарепортил на неоффициальный тред.
inb4: сажа с картинкой.


Втр 04 Мар 2014 17:03:04
>>63659456
Но ведь настоящие и не сидят на бордах. Просто начиналось все в шутку, а закончилось всерьез, тематика ичана вот уж где был куклоебский притон и сосача уже последствия.


Втр 04 Мар 2014 17:03:29
>>63659657
Дай ссылку на официальный :3


Втр 04 Мар 2014 17:03:58
>>63659737
--> /rm/

Втр 04 Мар 2014 17:04:20
1 Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив правый путь во тьме долины.

4 Каков он был, о, как произнесу,
Тот дикий лес, дремучий и грозящий,
Чей давний ужас в памяти несу!

7 Так горек он, что смерть едва ль не слаще.
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще.

10 Не помню сам, как я вошел туда,
Настолько сон меня опутал ложью,
Когда я сбился с верного следа.

13 Но к холмному приблизившись подножью,
Которым замыкался этот дол,
Мне сжавший сердце ужасом и дрожью,

16 Я увидал, едва глаза возвел,
Что свет планеты, всюду путеводной,
Уже на плечи горные сошел.

19 Тогда вздохнула более свободной
И долгий страх превозмогла душа,
Измученная ночью безысходной.

22 И словно тот, кто, тяжело дыша,
На берег выйдя из пучины пенной,
Глядит назад, где волны бьют, страша,

25 Так и мой дух, бегущий и смятенный,
Вспять обернулся, озирая путь,
Всех уводящий к смерти предреченной.

28 Когда я телу дал передохнуть,
Я вверх пошел, и мне была опора
В стопе, давившей на земную грудь.

31 И вот, внизу крутого косогора,
Проворная и вьющаяся рысь,
Вся в ярких пятнах пестрого узора.

34 Она, кружа, мне преграждала высь,
И я не раз на крутизне опасной
Возвратным следом помышлял спастись.

37 Был ранний час, и солнце в тверди ясной
Сопровождали те же звезды вновь,
Что в первый раз, когда их сонм прекрасный

40 Божественная двинула Любовь.
Доверясь часу и поре счастливой,
Уже не так сжималась в сердце кровь

43 При виде зверя с шерстью прихотливой;
Но, ужасом опять его стесня,
Навстречу вышел лев с подъятой гривой.

46 Он наступал как будто на меня,
От голода рыча освирепело
И самый воздух страхом цепеня.

49 И с ним волчица, чье худое тело,
Казалось, все алчбы в себе несет;
Немало душ из-за нее скорбело.

52 Меня сковал такой тяжелый гнет,
Перед ее стремящим ужас взглядом,
Что я утратил чаянье высот.

55 И как скупец, копивший клад за кладом,
Когда приблизится пора утрат,
Скорбит и плачет по былым отрадам,

58 Так был и я смятением объят,
За шагом шаг волчицей неуемной
Туда теснимый, где лучи молчат.

61 Пока к долине я свергался темной,
Какой-то муж явился предо мной,
От долгого безмолвья словно томный.

64 Его узрев среди пустыни той:
"Спаси, - воззвал я голосом унылым, -
Будь призрак ты, будь человек живой!"

67 Он отвечал: "Не человек; я был им;
Я от ломбардцев низвожу мой род,
И Мантуя была их краем милым.

70 Рожден sub Julio, хоть в поздний год,
Я в Риме жил под Августовой сенью,
Когда еще кумиры чтил народ.

73 Я был поэт и вверил песнопенью,
Как сын Анхиза отплыл на закат
От гордой Трои, преданной сожженью.

76 Но что же к муке ты спешишь назад?
Что не восходишь к выси озаренной,
Началу и причине всех отрад?"

79 "Так ты Вергилий, ты родник бездонный,
Откуда песни миру потекли? -
Ответил я, склоняя лик смущенный. -

82 О честь и светоч всех певцов земли,
Уважь любовь и труд неутомимый,
Что в свиток твой мне вникнуть помогли!

85 Ты мой учитель, мой пример любимый;
Лишь ты один в наследье мне вручил
Прекрасный слог, везде превозносимый.

88 Смотри, как этот зверь меня стеснил!
О вещий муж, приди мне на подмогу,
Я трепещу до сокровенных жил!"

91 "Ты должен выбрать новую дорогу, -
Он отвечал мне, увидав мой страх, -
И к дикому не возвращаться логу;

94 Волчица, от которой ты в слезах,
Всех восходящих гонит, утесняя,
И убивает на своих путях;

97 Она такая лютая и злая,
Что ненасытно будет голодна,
Вслед за едой еще сильней алкая.

100 Со всяческою тварью случена,
Она премногих соблазнит, но славный
Нагрянет Пес, и кончится она.

103 Не прах земной и не металл двусплавный,
А честь, любовь и мудрость он вкусит,
Меж войлоком и войлоком державный.

106 Италии он будет верный щит,
Той, для которой умерла Камилла,
И Эвриал, и Турн, и Нис убит.

109 Свой бег волчица где бы ни стремила,
Ее, нагнав, он заточит в Аду,
Откуда зависть хищницу взманила.

112 И я тебе скажу в свою чреду:
Иди за мной, и в вечные селенья
Из этих мест тебя я приведу,

115 И ты услышишь вопли исступленья
И древних духов, бедствующих там,
О новой смерти тщетные моленья;

117 Потом увидишь тех, кто чужд скорбям
Среди огня, в надежде приобщиться
Когда-нибудь к блаженным племенам.

121 Но если выше ты захочешь взвиться,
Тебя душа достойнейшая ждет:
С ней ты пойдешь, а мы должны проститься;

124 Царь горних высей, возбраняя вход
В свой город мне, врагу его устава,
Тех не впускает, кто со мной идет.

127 Он всюду царь, но там его держава;
Там град его, и там его престол;
Блажен, кому открыта эта слава!"

130 "О мой поэт, - ему я речь повел, -
Молю Творцом, чьей правды ты не ведал:
Чтоб я от зла и гибели ушел,

133 Яви мне путь, о коем ты поведал,
Дай врат Петровых мне увидеть свет
И тех, кто душу вечной муке предал".

136 Он двинулся, и я ему вослед.

Втр 04 Мар 2014 17:04:28



Втр 04 Мар 2014 17:04:43
>>63659737
http://natribu.ru

Втр 04 Мар 2014 17:04:51
1 День уходил, и неба воздух темный
Земные твари уводил ко сну
От их трудов; лишь я один, бездомный,

4 Приготовлялся выдержать войну
И с тягостным путем, и с состраданьем,
Которую неложно вспомяну.

7 О Музы, к вам я обращусь с воззваньем!
О благородный разум, гений свой
Запечатлей моим повествованьем!

10 Я начал так: "Поэт, вожатый мой,
Достаточно ли мощный я свершитель,
Чтобы меня на подвиг звать такой?

13 Ты говоришь, что Сильвиев родитель,
Еще плотских не отрешась оков,
Сходил живым в бессмертную обитель.

16 Но если поборатель всех грехов
К нему был благ, то, рассудив о славе
Его судеб, и кто он, и каков,

19 Его почесть достойным всякий вправе:
Он, избран в небе света и добра,
Стал предком Риму и его державе,

22 А тот и та, когда пришла пора,
Святой престол воздвигли в мире этом
Преемнику верховного Петра.

25 Он на своем пути, тобой воспетом,
Был вдохновлен свершить победный труд,
И папский посох ныне правит светом.

28 Там, вслед за ним. Избранный был Сосуд,
Дабы другие укрепились в вере,
Которою к спасению идут.

31 А я? На чьем я оснуюсь примере?
Я не апостол Павел, не Эней,
Я не достоин ни в малейшей мере.

34 И если я сойду в страну теней,
Боюсь, безумен буду я, не боле.
Ты мудр; ты видишь это все ясней".

37 И словно тот, кто, чужд недавней воле
И, передумав в тайной глубине,
Бросает то, что замышлял дотоле,

40 Таков был я на темной крутизне,
И мысль, меня прельстившую сначала,
Я, поразмыслив, истребил во мне.

43 "Когда правдиво речь твоя звучала,
Ты дал смутиться духу своему, -
Возвышенная тень мне отвечала. -

46 Нельзя, чтоб страх повелевал уму;
Иначе мы отходим от свершений,
Как зверь, когда мерещится ему.

49 Чтоб разрешить тебя от опасений,
Скажу тебе, как я узнал о том,
Что ты моих достоин сожалений.

52 Из сонма тех, кто меж добром и злом,
Я женщиной был призван столь прекрасной,
Что обязался ей служить во всем.

55 Был взор ее звезде подобен ясной;
Ее рассказ струился не спеша,
Как ангельские речи, сладкогласный:

58 О, мантуанца чистая душа,
Чья слава целый мир объемлет кругом
И не исчезнет, вечно в нем дыша,

61 Мой друг, который счастью не был другом,
В пустыне горной верный путь обресть
Отчаялся и оттеснен испугом.

64 Такую в небе слышала я весть;
Боюсь, не поздно ль я помочь готова,
И бедствия он мог не перенесть.

67 Иди к нему и, красотою слова
И всем, чем только можно, пособя,
Спаси его, и я утешусь снова.

70 Я Беатриче, та, кто шлет тебя;
Меня сюда из милого мне края
Свела любовь; я говорю любя.

73 Тебя не раз, хваля и величая,
Пред господом мой голос назовет.
Я начал так, умолкшей отвечая:

76 "Единственная ты, кем смертный род
Возвышенней, чем всякое творенье,
Вмещаемое в малый небосвод,

79 Тебе служить - такое утешенье,
Что я, свершив, заслуги не приму;
Мне нужно лишь узнать твое веленье.

82 Но как без страха сходишь ты во тьму
Земного недра, алча вновь подняться
К высокому простору твоему?"

85 "Когда ты хочешь в точности дознаться,
Тебе скажу я, - был ее ответ, -
Зачем сюда не страшно мне спускаться.

88 Бояться должно лишь того, в чем вред
Для ближнего таится сокровенный;
Иного, что страшило бы, и нет.

91 Меня такою создал царь вселенной,
Что вашей мукой я не смущена
И в это пламя нисхожу нетленной.

94 Есть в небе благодатная жена;
Скорбя о том, кто страждет так сурово,
Судью склонила к милости она.

97 Потом к Лючии обратила слово
И молвила: - Твой верный - в путах зла,
Пошли ему пособника благого. -

100 Лючия, враг жестоких, подошла
Ко мне, сидевшей с древнею Рахилью,
Сказать: - Господня чистая хвала,

103 О Беатриче, помоги усилью
Того, который из любви к тебе
Возвысился над повседневной былью.

106 Или не внемлешь ты его мольбе?
Не видишь, как поток, грознее моря,
Уносит изнемогшего в борьбе? -

109 Никто поспешней не бежал от горя
И не стремился к радости быстрей,
Чем я, такому слову сердцем вторя,

112 Сошла сюда с блаженных ступеней,
Твоей вверяясь речи достохвальной,
Дарящей честь тебе и внявшим ей".

115 Так молвила, и взор ее печальный,
Вверх обратясь, сквозь слезы мне светил
И торопил меня к дороге дальней.

118 Покорный ей, к тебе я поспешил;
От зверя спас тебя, когда к вершине
Короткий путь тебе он преградил.

121 Так что ж? Зачем, зачем ты медлишь ныне?
Зачем постыдной робостью смущен?
Зачем не светел смелою гордыней, -

124 Когда у трех благословенных жен
Ты в небесах обрел слова защиты
И дивный путь тебе предвозвещен?"

127 Как дольный цвет, сомкнутый и побитый
Ночным морозом, - чуть блеснет заря,
Возносится на стебле, весь раскрытый,

130 Так я воспрянул, мужеством горя;
Решимостью был в сердце страх раздавлен.
И я ответил, смело говоря:

133 "О, милостива та, кем я избавлен!
И ты сколь благ, не пожелавший ждать,
Ее правдивой повестью наставлен!

136 Я так был рад словам твоим внимать
И так стремлюсь продолжить путь начатый,
Что прежней воли полон я опять.

139 Иди, одним желаньем мы объяты:
Ты мой учитель, вождь и господин!"
Так молвил я; и двинулся вожатый,

142 И я за ним среди глухих стремнин.

Втр 04 Мар 2014 17:05:13
>>63659765
Я в этот загон не пойду:3


Втр 04 Мар 2014 17:05:18
А баны будут?


Втр 04 Мар 2014 17:05:23
1 Я УВОЖУ К ОТВЕРЖЕННЫМ СЕЛЕНЬЯМ,
Я УВОЖУ СКВОЗЬ ВЕКОВЕЧНЫЙ СТОН,
Я УВОЖУ К ПОГИБШИМ ПОКОЛЕНЬЯМ.

4 БЫЛ ПРАВДОЮ МОЙ ЗОДЧИЙ ВДОХНОВЛЕН:
Я ВЫСШЕЙ СИЛОЙ, ПОЛНОТОЙ ВСЕЗНАНЬЯ
И ПЕРВОЮ ЛЮБОВЬЮ СОТВОРЕН.

7 ДРЕВНЕЙ МЕНЯ ЛИШЬ ВЕЧНЫЕ СОЗДАНЬЯ,
И С ВЕЧНОСТЬЮ ПРЕБУДУ НАРАВНЕ.
ВХОДЯЩИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ.

10 Я, прочитав над входом, в вышине,
Такие знаки сумрачного цвета,
Сказал: "Учитель, смысл их страшен мне".

13 Он, прозорливый, отвечал на это:
"Здесь нужно, чтоб душа была тверда;
Здесь страх не должен подавать совета.

16 Я обещал, что мы придем туда,
Где ты увидишь, как томятся тени,
Свет разума утратив навсегда".

19 Дав руку мне, чтоб я не знал сомнений,
И обернув ко мне спокойный лик,
Он ввел меня в таинственные сени.

22 Там вздохи, плач и исступленный крик
Во тьме беззвездной были так велики,
Что поначалу я в слезах поник.

25 Обрывки всех наречий, ропот дикий,
Слова, в которых боль, и гнев, и страх,
Плесканье рук, и жалобы, и всклики

28 Сливались в гул, без времени, в веках,
Кружащийся во мгле неозаренной,
Как бурным вихрем возмущенный прах.

31 И я, с главою, ужасом стесненной:
"Чей это крик? - едва спросить посмел. -
Какой толпы, страданьем побежденной?"

34 И вождь в ответ: "То горестный удел
Тех жалких душ, что прожили, не зная
Ни славы, ни позора смертных дел.

37 И с ними ангелов дурная стая,
Что, не восстав, была и не верна
Всевышнему, средину соблюдая.

40 Их свергло небо, не терпя пятна;
И пропасть Ада их не принимает,
Иначе возгордилась бы вина".

43 И я: "Учитель, что их так терзает
И понуждает к жалобам таким?"
А он: "Ответ недолгий подобает.

46 И смертный час для них недостижим,
И эта жизнь настолько нестерпима,
Что все другое было б легче им.

49 Их память на земле невоскресима;
От них и суд, и милость отошли.
Они не стоят слов: взгляни - и мимо!"

52 И я, взглянув, увидел стяг вдали,
Бежавший кругом, словно злая сила
Гнала его в крутящейся пыли;

55 А вслед за ним столь длинная спешила
Чреда людей, что, верилось с трудом,
Ужели смерть столь многих истребила.

58 Признав иных, я вслед за тем в одном
Узнал того, кто от великой доли
Отрекся в малодушии своем.

61 И понял я, что здесь вопят от боли
Ничтожные, которых не возьмут
Ни бог, ни супостаты божьей воли.

64 Вовек не живший, этот жалкий люд
Бежал нагим, кусаемый слепнями
И осами, роившимися тут.

67 Кровь, между слез, с их лиц текла
И мерзостные скопища червей
Ее глотали тут же под ногами.

70 Взглянув подальше, я толпу людей
Увидел у широкого потока.
"Учитель, - я сказал, - тебе ясней,

73 Кто эти там и власть какого рока
Их словно гонит и теснит к волнам,
Как может показаться издалека".

76 И он ответил: "Ты увидишь сам,
Когда мы шаг приблизим к Ахерону
И подойдем к печальным берегам".

79 Смущенный взор склонив к земному лону,
Боясь докучным быть, я шел вперед,
Безмолвствуя, к береговому склону.

82 И вот в ладье навстречу нам плывет
Старик, поросший древней сединою,
Крича: "О, горе вам, проклятый род!

85 Забудьте небо, встретившись со мною!
В моей ладье готовьтесь переплыть
К извечной тьме, и холоду, и зною.

88 А ты уйди, тебе нельзя тут быть,
Живой душе, средь мертвых!" И добавил,
Чтобы меня от прочих отстранить:

91 "Ты не туда свои шаги направил:
Челнок полегче должен ты найти,
Чтобы тебя он к пристани доставил".

94 А вождь ему: "Харон, гнев укроти.
Того хотят - там, где исполнить властны
То, что хотят. И речи прекрати".

97 Недвижен стал шерстистый лик ужасный
У лодочника сумрачной реки,
Но вкруг очей змеился пламень красный.

100 Нагие души, слабы и легки,
Вняв приговор, не знающий изъятья,
Стуча зубами, бледны от тоски,

103 Выкрикивали господу проклятья,
Хулили род людской, и день, и час,
И край, и семя своего зачатья.

106 Потом, рыдая, двинулись зараз
К реке, чьи волны, в муках безутешных,
Увидят все, в ком божий страх угас.

109 А бес Харон сзывает стаю грешных,
Вращая взор, как уголья в золе,
И гонит их и бьет веслом неспешных.

112 Как листья сыплются в осенней мгле,
За строем строй, и ясень оголенный
Свои одежды видит на земле, -

115 Так сев Адама, на беду рожденный,
Кидался вниз, один, - за ним другой,
Подобно птице, в сети приманенной.

118 И вот плывут над темной глубиной;
Но не успели кончить переправы,
Как новый сонм собрался над рекой.

121 "Мой сын, - сказал учитель величавый,
Все те, кто умер, бога прогневив,
Спешат сюда, все страны и державы;

124 И минуть реку всякий тороплив,
Так утесненный правосудьем бога,
Что самый страх преображен в призыв.

127 Для добрых душ другая есть дорога;
И ты поймешь, что разумел Харон,
Когда с тобою говорил так строго".

130 Чуть он умолк, простор со всех сторон
Сотрясся так, что, в страхе вспоминая,
Я и поныне потом орошен.

133 Дохнула ветром глубина земная,
Пустыня скорби вспыхнула кругом,
Багровым блеском чувства ослепляя;

136 И я упал, как тот, кто схвачен сном.

Втр 04 Мар 2014 17:05:54
1 Ворвался в глубь моей дремоты сонной
Тяжелый гул, и я очнулся вдруг,
Как человек, насильно пробужденный.

4 Я отдохнувший взгляд обвел вокруг,
Встав на ноги и пристально взирая,
Чтоб осмотреться в этом царстве мук.

7 Мы были возле пропасти, у края,
И страшный срыв гудел у наших ног,
Бесчисленные крики извергая.

10 Он был так темен, смутен и глубок,
Что я над ним склонялся по-пустому
И ничего в нем различить не мог.

13 "Теперь мы к миру спустимся слепому, -
Так начал, смертно побледнев, поэт. -
Мне первому идти, тебе - второму".

16 И я сказал, заметив этот цвет:
"Как я пойду, когда вождем и другом
Владеет страх, и мне опоры нет?"

19 "Печаль о тех, кто скован ближним кругом, -
Он отвечал, - мне на лицо легла,
И состраданье ты почел испугом.

22 Пора идти, дорога не мала".
Так он сошел, и я за ним спустился,
Вниз, в первый круг, идущий вкруг жерла.

25 Сквозь тьму не плач до слуха доносился,
А только вздох взлетал со всех сторон
И в вековечном воздухе струился.

28 Он был безбольной скорбью порожден,
Которою казалися объяты
Толпы младенцев, и мужей, и жен.

31 "Что ж ты не спросишь, - молвил мой вожатый,
Какие духи здесь нашли приют?
Знай, прежде чем продолжить путь начатый,

34 Что эти не грешили; не спасут
Одни заслуги, если нет крещенья,
Которым к вере истинной идут;

37 Кто жил до христианского ученья,
Тот бога чтил не так, как мы должны.
Таков и я. За эти упущенья,

40 Не за иное, мы осуждены,
И здесь, по приговору высшей воли,
Мы жаждем и надежды лишены".

43 Стеснилась грудь моя от тяжкой боли
При вести, сколь достойные мужи
Вкушают в Лимбе горечь этой доли.

46 "Учитель мой, мой господин, скажи, -
Спросил я, алча веры несомненной,
Которая превыше всякой лжи, -

49 Взошел ли кто отсюда в свет блаженный,
Своей иль чьей-то правдой искуплен?"
Поняв значенье речи сокровенной:

52 "Я был здесь внове, - мне ответил он, -
Когда, при мне, сюда сошел Властитель,
Хоруговью победы осенен.

55 Им изведен был первый прародитель;
И Авель, чистый сын его, и Ной,
И Моисей, уставщик и служитель;

58 И царь Давид, и Авраам седой;
Израиль, и отец его, и дети;
Рахиль, великой взятая ценой;

61 И много тех, кто ныне в горнем свете.
Других спасенных не было до них,
И первыми блаженны стали эти".

64 Он говорил, но шаг наш не затих,
И мы все время шли великой чащей,
Я разумею - чащей душ людских.

67 И в области, невдале отстоящей
От места сна, предстал моим глазам
Огонь, под полушарьем тьмы горящий.

70 Хоть этот свет и не был близок к нам,
Я видеть мог, что некий многочестный
И высший сонм уединился там.

73 "Искусств и знаний образец всеместный,
Скажи, кто эти, не в пример другим
Почтенные среди толпы окрестной?"

76 И он ответил: "Именем своим
Они гремят земле, и слава эта
Угодна небу, благостному к ним".

79 "Почтите высочайшего поэта! -
Раздался в это время чей-то зов. -
Вот тень его подходит к месту света".

82 И я увидел после этих слов,
Что четверо к нам держат шаг державный;
Их облик был ни весел, ни суров.

85 "Взгляни, - промолвил мой учитель славный. -
С мечом в руке, величьем осиян,
Трем остальным предшествует, как главный,

88 Гомер, превысший из певцов всех стран;
Второй - Гораций, бичевавший нравы;
Овидий - третий, и за ним - Лукан.

91 Нас связывает титул величавый,
Здесь прозвучавший, чуть я подошел;
Почтив его, они, конечно, правы".

94 Так я узрел славнейшую из школ,
Чьи песнопенья вознеслись над светом
И реют над другими, как орел.

97 Мой вождь их встретил, и ко мне с приветом
Семья певцов приблизилась сама;
Учитель улыбнулся мне при этом.

100 И эта честь умножилась весьма,
Когда я приобщен был к их собору
И стал шестым средь столького ума.

103 Мы шли к лучам, предавшись разговору,
Который лишний здесь и в этот миг,
Насколько там он к месту был и в пору.

106 Высокий замок предо мной возник,
Семь раз обвитый стройными стенами;
Кругом бежал приветливый родник.

109 Мы, как землей, прошли его волнами;
Сквозь семь ворот тропа вовнутрь вела;
Зеленый луг открылся перед нами.

112 Там были люди с важностью чела,
С неторопливым и спокойным взглядом;
Их речь звучна и медленна была.

115 Мы поднялись на холм, который рядом,
В открытом месте, светел, величав,
Господствовал над этим свежим садом.

118 На зеленеющей финифти трав
Предстали взорам доблестные тени,
И я ликую сердцем, их видав.

121 Я зрел Электру в сонме поколений,
Меж коих были Гектор, и Эней,
И хищноокий Цезарь, друг сражений.

124 Пентесилея и Камилла с ней
Сидели возле, и с отцом - Лавина;
Брут, первый консул, был в кругу теней;

127 Дочь Цезаря, супруга Коллатина,
И Гракхов мать, и та, чей муж Катон;
Поодаль я заметил Саладина.

130 Потом, взглянув на невысокий склон,
Я увидал: учитель тех, кто знает,
Семьей мудролюбивой окружен.

133 К нему Сократ всех ближе восседает
И с ним Платон; весь сонм всеведца чтит;
Здесь тот, кто мир случайным полагает,

136 Философ знаменитый Демокрит;
Здесь Диоген, Фалес с Анаксагором,
Зенон, и Эмпедокл, и Гераклит;

139 Диоскорид, прославленный разбором
Целебных качеств; Сенека, Орфей,
Лин, Туллий; дальше представали взорам

142 Там - геометр Эвклид, там - Птолемей,
Там - Гиппократ, Гален и Авиценна,
Аверроис, толковник новых дней.

145 Я всех назвать не в силах поименно;
Мне нужно быстро молвить обо всем,
И часто речь моя несовершенна.

148 Синклит шести распался, мы вдвоем;
Из тихой, сени в воздух потрясенный
Уже иным мы движемся путем,

151 И я - во тьме, ничем не озаренной.

Втр 04 Мар 2014 17:05:54
>>63659596
>>63659612
Нужно коалицию замутить.


Втр 04 Мар 2014 17:06:00



Втр 04 Мар 2014 17:06:02



Втр 04 Мар 2014 17:06:11
>>63659851
И правильно. Куклоёбам там не рады.


Втр 04 Мар 2014 17:06:24

1 Так я сошел, покинув круг начальный,
Вниз во второй; он менее, чем тот,
Но больших мук в нем слышен стон печальный.

4 Здесь ждет Минос, оскалив страшный рот;
Допрос и суд свершает у порога
И взмахами хвоста на муку шлет.

7 Едва душа, отпавшая от бога,
Пред ним предстанет с повестью своей,
Он, согрешенья различая строго,

10 Обитель Ада назначает ей,
Хвост обвивая столько раз вкруг тела,
На сколько ей спуститься ступеней.

13 Всегда толпа у грозного предела;
Подходят души чередой на суд:
Промолвила, вняла и вглубь слетела.

16 "О ты, пришедший в бедственный приют, -
Вскричал Минос, меня окинув взглядом
И прерывая свой жестокий труд, -

19 Зачем ты здесь, и кто с тобою рядом?
Не обольщайся, что легко войти!"
И вождь в ответ: "Тому, кто сходит Адом,

22 Не преграждай сужденного пути.
Того хотят - там, где исполнить властны
То, что хотят. И речи прекрати".

25 И вот я начал различать неясный
И дальний стон; вот я пришел туда,
Где плач в меня ударил многогласный.

28 Я там, где свет немотствует всегда
И словно воет глубина морская,
Когда двух вихрей злобствует вражда.

31 То адский ветер, отдыха не зная,
Мчит сонмы душ среди окрестной мглы
И мучит их, крутя и истязая.

34 Когда они стремятся вдоль скалы,
Взлетают крики, жалобы и пени,
На господа ужасные хулы.

37 И я узнал, что это круг мучений
Для тех, кого земная плоть звала,
Кто предал разум власти вожделений.

40 И как скворцов уносят их крыла,
В дни холода, густым и длинным строем,
Так эта буря кружит духов зла

43 Туда, сюда, вниз, вверх, огромным роем;
Там нет надежды на смягченье мук
Или на миг, овеянный покоем.

46 Как журавлиный клин летит на юг
С унылой песнью в высоте надгорной,
Так предо мной, стеная, несся круг

49 Теней, гонимых вьюгой необорной,
И я сказал: "Учитель, кто они,
Которых так терзает воздух черный?"

52 Он отвечал: "Вот первая, взгляни:
Ее державе многие языки
В минувшие покорствовали дни.

55 Она вдалась в такой разврат великий,
Что вольность всем была разрешена,
Дабы народ не осуждал владыки.

58 То Нинова венчанная жена,
Семирамида, древняя царица;
Ее земля Султану отдана.

61 Вот нежной страсти горестная жрица,
Которой прах Сихея оскорблен;
Вот Клеопатра, грешная блудница.

64 А там Елена, тягостных времен
Виновница; Ахилл, гроза сражений,
Который был любовью побежден;

67 Парис, Тристан". Бесчисленные тени
Он назвал мне и указал рукой,
Погубленные жаждой наслаждений.

70 Вняв имена прославленных молвой
Воителей и жен из уст поэта,
Я смутен стал, и дух затмился мой.

73 Я начал так: "Я бы хотел ответа
От этих двух, которых вместе вьет
И так легко уносит буря эта".

76 И мне мой вождь: "Пусть ветер их пригнет
Поближе к нам; и пусть любовью молит
Их оклик твой; они прервут полет".

79 Увидев, что их ветер к нам неволит:
"О души скорби! - я воззвал. - Сюда!
И отзовитесь, если Тот позволит!"

82 Как голуби на сладкий зов гнезда,
Поддержанные волею несущей,
Раскинув крылья, мчатся без труда,

85 Так и они, паря во мгле гнетущей,
Покинули Дидоны скорбный рой
На возглас мой, приветливо зовущий.

88 "О ласковый и благостный живой,
Ты, посетивший в тьме неизреченной
Нас, обагривших кровью мир земной;

91 Когда бы нам был другом царь вселенной,
Мы бы молились, чтоб тебя он спас,
Сочувственного к муке сокровенной.

94 И если к нам беседа есть у вас,
Мы рады говорить и слушать сами,
Пока безмолвен вихрь, как здесь сейчас.

97 Я родилась над теми берегами,
Где волны, как усталого гонца,
Встречают По с попутными реками.

100 Любовь сжигает нежные сердца,
И он пленился телом несравнимым,
Погубленным так страшно в час конца.

103 Любовь, любить велящая любимым,
Меня к нему так властно привлекла,
Что этот плен ты видишь нерушимым.

106 Любовь вдвоем на гибель нас вела;
В Каине будет наших дней гаситель".
Такая речь из уст у них текла.

109 Скорбящих теней сокрушенный зритель,
Я голову в тоске склонил на грудь.
"О чем ты думаешь?" - спросил учитель.

112 Я начал так: "О, знал ли кто-нибудь,
Какая нега и мечта какая
Их привела на этот горький путь!"

115 Потом, к умолкшим слово обращая,
Сказал: "Франческа, жалобе твоей
Я со слезами внемлю, сострадая.

118 Но расскажи: меж вздохов нежных дней,
Что было вам любовною наукой,
Раскрывшей слуху тайный зов страстей?"

121 И мне она: "Тот страждет высшей мукой,
Кто радостные помнит времена
В несчастии; твой вождь тому порукой.

124 Но если знать до первого зерна
Злосчастную любовь ты полон жажды,
Слова и слезы расточу сполна.

127 В досужий час читали мы однажды
О Ланчелоте сладостный рассказ;
Одни мы были, был беспечен каждый.

130 Над книгой взоры встретились не раз,
И мы бледнели с тайным содроганьем;
Но дальше повесть победила нас.

133 Чуть мы прочли о том, как он лобзаньем
Прильнул к улыбке дорогого рта,
Тот, с кем навек я скована терзаньем,

136 Поцеловал, дрожа, мои уста.
И книга стала нашим Галеотом!
Никто из нас не дочитал листа".

139 Дух говорил, томимый страшным гнетом,
Другой рыдал, и мука их сердец
Мое чело покрыла смертным потом;

142 И я упал, как падает мертвец.

Втр 04 Мар 2014 17:06:28

Втр 04 Мар 2014 17:06:39



Втр 04 Мар 2014 17:06:44
>>63659456
Во.
Репощу из предыдущего треда:
Ещё один. Все розенфаги либо на других бордах, либо среди обычных анонов. В таких Official тредах сидят только илитки->куклоёбы, вниманиебляди, неймфаги, ньюфаги и тролли. Анонимус, принадлежащий к какой-либо фагготории не трезвонит об этом на все интернеты и вообще не подает виду.
А это рак, убивающий /b/.


>>63659701
Плохо ты знаешь борды. Или их анонимов.

А вы уёбывайте.

Втр 04 Мар 2014 17:06:54
1 Едва ко мне вернулся ясный разум,
Который был не в силах устоять
Пред горестным виденьем и рассказом, -

4 Уже средь новых пыток я опять,
Средь новых жертв, куда ни обратиться,
Куда ни посмотреть, куда ни стать.

7 Я в третьем круге, там, где, дождь струится,
Проклятый, вечный, грузный, ледяной;
Всегда такой же, он все так же длится.

10 Тяжелый град, и снег, и мокрый гной
Пронизывают воздух непроглядный;
Земля смердит под жидкой пеленой.

18 Трехзевый Цербер, хищный и громадный,
Собачьим лаем лает на народ,
Который вязнет в этой топи смрадной.

16 Его глаза багровы, вздут живот,
Жир в черной бороде, когтисты руки;
Он мучит души, кожу с мясом рвет.

19 А те под ливнем воют, словно суки;
Прикрыть стараясь верхним нижний бок,
Ворочаются в исступленье муки.

22 Завидя нас, разинул рты, как мог,
Червь гнусный. Цербер, и спокойной части
В нем не было от головы до ног.

25 Мой вождь нагнулся, простирая пясти,
И, взяв земли два полных кулака,
Метнул ее в прожорливые пасти.

28 Как пес, который с лаем ждал куска,
Смолкает, в кость вгрызаясь с жадной силой,
И занят только тем, что жрет пока, -

31 Так смолк и демон Цербер грязнорылый,
Чей лай настолько душам омерзел,
Что глухота казалась бы им милой.

34 Меж призраков, которыми владел
Тяжелый дождь, мы шли вперед, ступая
По пустоте, имевшей облик тел.

37 Лежала плоско их гряда густая,
И лишь один, чуть нас заметил он,
Привстал и сел, глаза на нас вздымая.

40 "О ты, который в этот Ад сведен, -
Сказал он, - ты меня, наверно, знаешь;
Ты был уже, когда я выбыл вон".

43 И я: "Ты вид столь жалостный являешь,
Что кажешься чужим в глазах моих
И вряд ли мне кого напоминаешь.

46 Скажи мне, кто ты, жертва этих злых
И скорбных мест и казни ежечасной,
Не горше, но противней всех других".

49 И он: "Твой город, зависти ужасной
Столь полный, что уже трещит квашня,
Был и моим когда-то в жизни ясной.

52 Прозвали Чакко граждане меня.
За то, что я обжорству предавался,
Я истлеваю, под дождем стеня.

55 И, бедная душа, я оказался
Не одинок: их всех карают тут
За тот же грех". Его рассказ прервался.

58 Я молвил: "Чакко, слезы грудь мне жмут
Тоской о бедствии твоем загробном.
Но я прошу: скажи, к чему придут

61 Враждующие в городе усобном;
И кто в нем праведен; и чем раздор
Зажжен в народе этом многозлобном?"

64 И он ответил: "После долгих ссор
Прольется кровь и власть лесным доставит,
А их врагам - изгнанье и позор.

67 Когда же солнце трижды лик свой явит,
Они падут, а тем поможет встать
Рука того, кто в наши дни лукавит.

70 Они придавят их и будут знать,
Что вновь чело на долгий срок подъемлют,
Судив осаженным плакать и роптать.

73 Есть двое праведных, но им не внемлют.
Гордыня, зависть, алчность - вот в сердцах
Три жгучих искры, что вовек не дремлют".

76 Он смолк на этих горестных словах.
И я ему: "Из бездны злополучий
Вручи мне дар и будь щедрей в речах.

79 Теггьяйо, Фарината, дух могучий,
Все те, чей разум правдой был богат,
Арриго, Моска или Рустикуччи, -

82 Где все они, я их увидеть рад;
Мне сердце жжет узнать судьбу славнейших:
Их нежит небо или травит Ад?"

85 И он: "Они средь душ еще чернейших:
Их тянет книзу бремя грешных лет;
Ты можешь встретить их в кругах дальнейших.

88 Но я прошу: вернувшись в милый свет,
Напомни людям, что я жил меж ними.
Вот мой последний сказ и мой ответ".

91 Взглянув глазами, от тоски косыми,
Он наклонился и, лицо тая,
Повергся ниц меж прочими слепыми.

94 И мне сказал вожатый: "Здесь гния,
Он до трубы архангела не встанет.
Когда придет враждебный судия,

97 К своей могиле скорбной каждый прянет
И, в прежний образ снова воплотясь,
Услышит то, что вечным громом грянет".

100 Мы тихо шли сквозь смешанную грязь
Теней и ливня, в разные сужденья
О вековечной жизни углубясь.

103 Я так спросил: "Учитель, их мученья,
По грозном приговоре, как - сильней
Иль меньше будут, иль без измененья?"

106 И он: "Наукой сказано твоей,
Что, чем природа совершенней в сущем,
Тем слаще нега в нем, и боль больней.

109 Хотя проклятым людям, здесь живущим,
К прямому совершенству не прийти,
Их ждет полнее бытие в грядущем".

112 Мы шли кругом по этому пути;
Я всей беседы нашей не отмечу;
И там, где к бездне начал спуск вести,

115 Нам Плутос, враг великий, встал навстречу.

Втр 04 Мар 2014 17:06:58
>>63659831
Вайп Данте? Забавно.


← К списку тредов