Карта сайта

Это автоматически сохраненная страница от 15.08.2019. Оригинал был здесь: http://2ch.hk/b/res/201927010.html
Сайт a2ch.ru не связан с авторами и содержимым страницы
жалоба / abuse: admin@a2ch.ru

Срд 14 Авг 2019 20:33:21
Когда мне было лет 10-11, у нас во дворе жил негр.
Когда мне было лет 10-11, у нас во дворе жил негр.
Когда мне было лет 10-11, у нас во дворе жил негр. Его родители вроде приехали откуда-то из Африки учиться, да так и остались здесь жить. Он родился уже тут. Мы его все звали Макумба, не знаю почему, хотя на самом деле его имя было Жозеф. Надо сказать, что Макумба был в наши года почти на голову выше всех остальных, казался взрослее своих лет, был сообразителен и частенько выступал в наших играх заводилой. Однажды мы лазили на заброшенной стройке, играли в войнушки. Речь как бы невзначай зашла про то, что здесь в начале 90-х несколько раз находили трупы наркоманов, зверски изуродованные и все в крови. Мы стали обсуждать вполголоса, правда это, или басни. Потом стали брать друг друга на понт, мол, слабо спуститься вниз, в подвал, и посмотреть? Всем было стремно, каждый ждал, чтобы кто-нибудь другой сходил, а сам понаблюдал бы со стороны. Тут Макумба говорит: "Я спущусь в подвал и посмотрю, кто со мной?" Все поначалу ссали, но потом, когда отважный негр бесстрашно скрылся в проеме из полуразвалившихся кирпичей, нам стало как-то немного стыдно даже. Мы переглянулись и отправились следом.

В подвале царил полумрак, пахло сыростью и какой-то плесенью. Мы осторожно ступали по битому кирпичу. Осмотрев подвал и убедившись, что в нем нет ни трупов, ни голодных призраков наркоманов, мы слегка успокоились. А затем и вообще пришли в веселое расположение духа. Макумба уселся под стеной, мы сели в кружок вокруг него. Сначала мы полушепотом беседовали о том о сем. Потом Макумба сказал: "Пацаны, а давайте членами померяемся?" - и достал на свет свой черный хуй. У него был очень большой и толстый для его возраста. Мы вытащили из шорт свои писюны, но они ни в какое сравнение не шли с пенисом Макумбы. Было плохо видно, свет лился откуда-то сверху яркими желтыми снопами. "Давайте подрочим?- предложил Макумба, - я покажу вам, как я дрочу свой хуй! Я часто так делаю." Он принялся натирать свой хобот по всей длине. Мы поначалу стеснялись, но потом с азартом присоединились к этому веселому занятию. Помню, у меня аж дух захватывало от того, что я вот сижу в полутемном подвале и дрочу у всех на виду, ни сколь не стесняясь этого. Алсо, хуй у меня тогда только начинал стоять. Макумба все быстрее тер свой поршень, при этом он легонько стонал и приговаривал какую-то хуйню вроде: "оооо... мабуту се се секу!" Потом он взял в руку мой член и стал дрочить мне, и сказал, чтобы я сделал так же. Я ощутил в своей ладони его пульсирующий, огромный черный хуй. Так мы дрочили друг другу, сидя в кругу в подвале. Внезапно я краем уха уловил некий звук. Он был похож на хлопанье крыльев, такое легкое колебание воздуха. Звук доносился откуда-то из глубины подвала. Я перевел взгляд на Макумбу. Тот вероятно тоже услышал это. Мы все застыли и так и сидели в ожидании, прислушиваясь и держа в руках начавшие потихоньку опадать хуйцы. В подвале воцарилась жуткая тишина, прерываемая только нашим гулким дыханием. Но звук больше не повторялся. Мы уже приготовились было продолжить гонять свои писюны, как это непонятное хлопанье раздалось уже ближе. Тишину подвала прорезал мерзкий тонкий писк, он был какой-то кровожадный и очень неприятный. Мы будто онемели, только с ужасом переглядывались друг с другом, как бы спрашивая "Что это???" Тут же громкое хлопанье раздалось уже где-то над самыми нашими головами, на нас сверху посыпалась пыль и мелкие камешки. Мы все дружно сорвались с места, и визжа бросились на свет, прочь из подвала. Я в темноте запнулся о какой-то камень и упал. Помню, как Макумба с ужасом в глазах схватил меня за руку и потащил к выходу. Так мы и вылетели все из подвала, тряся своими стручками, на ходу заправляя их в штаны. А Колька даже дристанул в шорты, и желтая жижа медленно стекала у него по ноге. Нас всех трясло, мы не могли говорить о том, что мы услышали и увидели в том подвале, предпочитая все забыть. Я помнил лишь большую крылатую фигуру, наподобие гигансткой летучей мыши, она противно пищала и летела прямо на меня, когда я упал. "Плохо будет", - сказал лишь тогда Макумба, стараясь не смотреть на нас. "Мы разбудили его!"

Прошло дня два. Я уже начинал забывать тот случай, списывая все на свое больное воображение. Как внезапно, одним прекрасным утром я проснулся с ужасной болью в очке. Боль была такая дикая, как будто мне засунули туда раскаленный железный прут. В тот день я не пошел в школу, пролежал до обеда в постели и едва мог ходить, потом меня слегка попустило. После обеда ко мне пришел Макумба. Он был мрачен и сказал, что сегодня тоже не был в школе. На его вопрос, почему я не могу встать, я ответил, что мне что-то нездоровится. "У тебя ведь ТАМ болит, да?" - участливо спросил он меня. Я кивнул. "Не надо говорить, что нет. К тому, кто скрывает, он всегда приходит снова... Не надо было мне туда лезть, - продолжил Макумба, - это я во всем виноват, я всех туда потянул!.." Я понял, что негр что-то знает, что-то, что непосредственно поможет мне разобраться в моей проблеме. "Э, - сказал Макумба, - я разбудил Попобаву." "Кого-кого?",- переспросил я. "Попопбаву,- ответил негр, - это такой злой дух с родины моих предков, из Танзании, похожий на одноглазую летучую мышь. Он прилетает ночью, когда ты спишь, и драконит твою жопу, а наутро ты ничего не помнишь и у тебя болит очко... Просто когда я дрочил, я начал материться на своем родном языке, и Попобава это услышал. Он пришел на мой зов!" Я был озадачен и не особо верил во всю эту хуйню. "И что же теперь делать? - спросил я у негра. - Очень больно сзади... Ты мне можешь как-нибудь помочь? Избавить меня от этой попы.. как ты там сказал... бабы?." Макумба крепко задумался. Он думал где-то минуту. Потом он сказал. "Да, есть один старый дедовский способ. Так издавна изгоняли злого демона на острове Занзибар" "И как же, Макумба, ну же, помоги мне?!" "Того, к кому ночью приходил Попобава, - сурово произнес мой друг, - должен был трахнуть сородич. Другого способа нет. Только хуем можно избавиться от хуя Попобавы. Тогда он поймет, что это место занято, и больше не будет тебя тревожить" Я задумался, но ненадолго. Взвесив все, я решил, что Макумба искренне желает мне помочь, и негоже от такой помощи отказываться, тем более, в моем безвыходном положении. Я снял трусы и встал раком. Потом я ощутил, как толстый хуй Макумбы заполнил мой анус, и мне внезапно стало так хорошо, я прямо ощутил, как мне в раз полегчало, и в меня вошла благодать исцеления. Макумба же засовывал свой хуй мне в жопу почти на всю длину, смачно шлепая меня по заднице и что-то выкрикивая на своем. Потом он сказал мне, что так лучше изгоняется Попобава, а для полного изгнания злого духа надо повторить обряд изгнания еще 9 раз. В общем, Макумба стал ходить ко мне постоянно, и мне уже не нужно было Попобавы. Он стал лучшим моим другом. Так продолжалось в течении двух лет, а потом Макумба со своими родителями уехал на их родину, в Танзанию. Помню, как мы плакали, обнимая друг друга на прощание. Я до сих пор вспоминаю этого чудесного человека, который глубоко познакомил меня с неизвестной африканской культурой, очень скучаю за ним и в глубине души надеюсь, что он еще вернется, и я обниму его, как своего брата и соплеменника, который не бросил меня в беде.Рил стори



Срд 14 Авг 2019 20:47:20
У тебя хорошо получается придусовать историй. Давай еще

Срд 14 Авг 2019 20:54:12
>>201927010 (OP)
Так это, с тех пор тебя попобава не посещала? Ритуал изгнания духа для профилактики ни с кем больше не проводил?

Срд 14 Авг 2019 21:10:52
Ебать Макумба гений


Срд 14 Авг 2019 21:16:00
>>201927010 (OP)
Охуенно

Срд 14 Авг 2019 21:17:52
>>201927010 (OP)
Скопировал

Срд 14 Авг 2019 21:24:05
>>201927010 (OP)
В двадцати минутах езды от города на пригородном Икарусе с маршрутным номером 45 и вечно грязными бортами есть посёлок сельского типа под названием "Дивное". Тут нет многоэтажек. Виднеются за заборами огородов покатые крыши частных домов. Повсюду раздаётся из тёплой травы "Цык цык цык - цык цык цык". Рычат вдалеке на поле трактора. Ветерок разносит еле ощутимый запах навоза. Гудит высоко двигатель пролетающего реактивного самолёта. Он движется со скоростью звука, но от сюда с земли кажется серебристым игрушечным и ползёт с улиточной скоростью и появляется ощущение, что можно его обогнать. Следом тянется полоса, словно небесный художник провёл белой краской прямую линию. Солнце клонилось к западу, когда голая мама Марина в полосатых гимнастических гетрах подошла к катушечному магнитофону, стоящему на старом деревянном полу. Его штепсельная вилка торчала в белой круглой розетке. Стрелочные индикаторы светились. Шумел еле слышно мотор. Вращался под крышкой лентопротяжного механизма ведущий вал. Витал запах горячего мотора и одеколона. Светились и мигали индикаторы. Мама приподняла правую ногу, оттянув носок, как балерина. Большим и вторым пальцем ступни она обхватила чёрный переключатель, повернув по часовой стрелки. Бабины с квадратными окошками медленно завращались. Зазвучала ритмичная песня. Стрелки индикаторов принялись маятниками прыгать над делениями. Мама сказала дочке:
- Начинай разминаться, а я молоко подогрею, - и ушла на кухню босыми крупными пахучими ступнями.
Восемнадцатилетняя обнажённая дочка Анжела встала с двуспальной кровати. Её длинные ноги обтягивали такие же полосатые разноцветные гетры, как у мамы. Родительница поставила на плиту две полные кастрюли молока. Музыка басила ударными. Женский голос надрывно пел о цветочках и колокольчиках. Мама вернулась в комнату. Помещение превратилось в разминочный зал. Голые тела выгибались, прогибались и совершали круговые движения. Ступни вставали в балетные позы. Мама часто ходила проверять молоко, когда же в очередной раз вернулась, то прокричала сквозь музыку:

- Молоко подогрелось. Я его выключила. Можно начинать.
Визг и крик наполнил комнату. Мама с дочкой сняли гетры и бросили на постель. Лица засияли улыбками. Глаза принялись выражать задор. Пол завибрировал от заплясавших босых могучих ступней. Сервант задребезжал хрусталём. Ноги попеременно стали сгибаться в коленях, попы начали выписывать восьмёрки и круги. Одна песня сменяла другую. Женские голоса то перекликались, то сливались в сумасшедшую какофонию. Груди мамы и дочки болтались как два арбуза в сетках и шлёпали по обнажённым телам, а красные соски походили на детские пустышки. Запах ножной вони и пердежа появился постепенно в комнате. Мама взглянула на свои крупные мозолистые ступни и увидела, что пальцы, и боковые части покрылись тонкой коркой ноздреватого сыра, словно жёлтые подследники с максимальной открытостью, а взади яичные белки закрывают ороговелые пятки. Мама воскликнула сквозь громкость музыки:
- Ой! Ступни то опять засырнявило, заяишело! Ой!
Затем перевела взгляд на ступни танцующей дочки и заметила, что на правой ступни сыр покрыл ступню слоем потолще в отличие от левой. Мама проорала:
- Как тебя неравномерно то засырнявило!
После чего верчепопанье под музыку продолжилось. Щёки раскраснелись. Волосы взъерошились. Слетали вниз светло-серые капельки между шевелящихся сильных крутых бёдер мамы. Появился дух варёной колбасы, но в начале благоухание вонючего сыра и варёных куриных яиц скрывали его, а потом колбасное амбре стало таким, что его бы заметил даже человек с сильным насморком. Такие фимиамы бывают в кухне на новый год, когда готовят салаты. Мама взглянула на свои ступни, затем на дочкины. Нечто розовое виднелось в ноздреватых сырных дырочках:
- Ой, у нас колбасность появилась! - провизжала мама с улыбкой и безумным взглядом, - ну, сейчас нас заколбасиииит!
Мама заклокотала связками. Крупные ступни в сырных балетках прыгнули на всю подошву. Заскакала по комнате титястая безумная женщина. Дочка завыделывала попой кренделя, которым могла бы позавидовать профессиональная стриптизёрша. Крики и визги наполнили деревянный дом с новой силой. Начались повороты, приседания и безумные прыжки. Мама начала выкрикивать: "Вот это нас колбасит, ёбаный в рот! В разнос пошли!" Дом оглашали не радостные визги, как в начале, а напуганные. Мама убежала в ванную. Загремели тазы. Мама налила в эмалированные штампованные ёмкости молока и принесла в комнату:
- Вставай в таз!
Дочка опустила ноги в молоко. Сырные балетки стали мокрыми. Мама зашла в таз напротив. Зрелое женское тело продолжало выделывать танцевальные движения. Амплитуда танца понемногу снижалась. Мама вышагнула из таза. Её рука повернула ручку на магнитофоне. Музыка смолкла, а стрелочные индикаторы перестали прыгать. Появились над нулями две стрелки. Окошечки индикаторов светились жёлтым ламповым цветом. Комната погрузилась в тишину. Тихо работал двигатель магнитофона. Мама предложила:
- Давай отдохнём.
- Давай, - согласилась дочка.
Мама села на кровать. Дочка опустилась рядом. Груди часто вздымались. Горячие тела имели влажность. Мама сказала:
- Вот это мы растанцевались, вот это нас сырнявить, яишеть и колбасить пошло!
- Да! - ответила дочка и посмотрела на свои ступни затянутые сырной корочкой. Ноздреватость розовела слоем колбасы со шпиком. Плюсны имели максимальную открытость. Яичные белки скрывали яйцеобразные широкие пятки. Носики были острые. Мама сказала:

- Я уже пол не чувствую, подошвы нарастают сыром.
- У меня тоже так, - ответила дочка и положила правую ступню на левое бедро. Её глаза взглянули на низ. Она увидела сырную плотную ороговелую засохшую корку, просматривающуюся таким отчётливым контуром, словно это и впрямь настоящие балетки.
Мама задрала правую ступню. Её нога в балетке заняла место на левой ляжке:
- Гляди, как у меня интересно сырность стопу заподошвило. Здесь всё жёлтое, мягкое, а вот тут, - и она обвела указательным пальцем возле тёмного янтарного пятна, вообще сыр застарел и высох так, что крошиться.
Дочка коснулась этого места пальцем. Кожа испытала неприятное ощущение грубости и сухости.
- Ага, - ответила дочка, тяжело дыша.

Мама положила ногу на ногу и сказала:
- Сейчас отдохнём и начнём дальше танцевать.
Дочка положила левую ногу на правую. Левая ступня оказалась рядом с маминой. Балетки покачивались и крутили заострёнными носиками.
Тазы с коровьем продуктом стояли на полу напротив друг дружки. Кастрюли расположились рядом. В них белело молоко.
Мама подошла к магнитофону, рука повернула чёрный переключатель, бобины с чёрной намотанной плёнкой вновь завращались. Мама затанцевала вместе с дочкой с новыми силами. Комната наполнилась криками и визгами, как прежде. Запах сыра, яиц и колбасы постепенно нарастал. Мама проорала:
- Надо немного сырность с яишневостью и колбасностью остудить, а то разошлись!
Они встали в таз напротив друг дружки и продолжили пританцовывать. Мама взглянула в свой таз и закричала:
- Блядь, ёбаный в рот, молоко аж закисает от такой сырности и колбасности!
Дочка бросила взгляд в свой таз, потом в мамин и закричала долго и продолжительно: "Аааа!". Мама подлила ещё молока и промолвила:
- Сука, пизды пошло засырнявливать! Ёбаный в рот!
Дочка заголосила:
- Аааааааааааааааааааааа!
Мама в ужасе проорала:
- Сейчас блядь сыром и яйцами с ног до головы нас покроет. Ёбаный в рот!



← К списку тредов